Для многих родителей такие фразы становятся поводом для беспокойства. А вдруг у ребёнка проблемы с психикой? А вдруг он не умеет общаться с реальными детьми? А вдруг это симптом одиночества? Однажды на одном из тренингов в школе учащийся поделился идеей школьного проекта, где сверстники будут рассказывать про своих воображаемых друзей. В какой-то момент одна из учительниц удивленно всплеснула руками, парень тут же расплакался, опасаясь быть непонятым.
В комментарии RuNews24.ru эксперт по социально-экономической политике Яков Якубович подчёркивает, что не стоит торопиться с выводами: в подавляющем большинстве случаев воображаемый друг — это признак здорового, бурно развивающегося интеллекта.
«Исследования показывают, что воображаемые друзья встречаются от 25% до 65% детей дошкольного возраста. Это не какая-то редкая аномалия, а распространённое явление. И, что самое интересное, дети с воображаемыми друзьями, независимо от возраста и пола, имеют лучшие показатели по теории сознания и пониманию эмоций, чем дети без таких друзей».
По словам эксперта, они лучше понимают, что другие люди могут иметь иные мысли и чувства, чем они сами. Они лучше распознают эмоции. У них выше уровень эмпатии. По сути, воображаемый друг — это тренажёр для социального интеллекта.
«Дети с воображаемыми друзьями гораздо чаще создают сложные сюжеты и разыгрывают их, что говорит о высоком уровне развития воображения. Они учатся выстраивать диалог, отстаивать свою точку зрения (споря с воображаемым другом), проявлять заботу, решать конфликты. И всё это — в безопасной, игровой форме. Детство —время, когда мы вводим себя на роли героев. Это естественно. Это способ прожить те сценарии, которые в реальной жизни пока недоступны. Стать космонавтом, спасти мир, победить дракона — всё это сначала проигрывается в воображении. Воображаемый друг — это один из таких инструментов».
Эксперт отмечает, что у детей обострённое чувство справедливости, они романтизируют жизнь, они верят, что всё впереди. Воображаемый друг часто становится тем самым идеальным товарищем, который всегда поймёт, всегда поддержит, никогда не предаст. Это проекция их собственных представлений о том, каким должен быть настоящий друг. И это нормально.
«Мария Монтессори, правда, считала, что вдохновлять детей на воображаемую игру недопустимо, поскольку это может привести к дефектам в их характере. Но современные исследования опровергают эту точку зрения. Воображаемый друг — не ложь и не попытка уйти от реальности. Это способ эту реальность осваивать, пропуская через призму собственного воображения».
Когда же стоит бить тревогу?
Если воображаемый друг становится единственным собеседником, если ребёнок полностью уходит в свой мир, перестаёт играть с другими детьми, если он путает фантазию с реальностью в ситуациях, когда это опасно. Но это уже крайние случаи.
«В большинстве же ситуаций воображаемый друг — это просто этап, который со временем проходит, оставляя после себя более развитое воображение, лучшие социальные навыки и богатый внутренний мир».
